( Read more... )Впервые член правления ИНСОРа его величества дает ту же характеристику положения дел в России, о которой уже годами говорит маргинальная внесистемная оппозиция: финал национальной катастрофы, к которому приближается страна, ведомая "несколькими десятками человек, подсевшими на наркотик использования власти в корыстных целях".
Не могу не привести цитату из моей статьи одиннадцатилетней(!) давности:
"Реформаторы, как Франкенштейн, создали монстра реформ, который, почувствовав вкус сказочного обогащения, уже, как наркоман, никогда не слезет с иглы бюджетных денег...
Путинизм - это (воспользуемся излюбленной лексикой г-на и.о. президента) контрольный выстрел в голову России. Вот такое вот наследство оставил нам Борис Николаевич Гинденбург".
Содержательным вкладом Гонтмахера в картину сегодняшнего дня стала и его детальная, основанная на инсайдерской информации оценка задачей и целей медведевской модернизации a la Skolkovo – легализация на Западе финансовых капиталов тех самых нескольких десятков высших чиновников-миллиардеров.
Собственно, а какие еще могут быть цели у целлюлозно-бумажного магната мирового уровня и непосредственного участника (председатель совета директоров) распила по ковальчукам, шамаловым и шеломовым активов "Газпрома".
В дальневосточной культуре полагают, что первый шаг к переменам – это дать правильные имена. Попробуем вслед за Гонтмахером еще раз дать правильные имена тому, что происходит в России в преддверии финала национальной катастрофы.
Власть захвачена группой преступников, разграбляющих страну в невиданных в мировой истории масштабах. В результате серии ползучих дворцовых переворотов Конституция ликвидирована, а пост президента упразднен. Паханом остается, опираясь на спецслужбы, премьер-диктатор, Цапок всея Руси.
Знаменитый писатель и востоковед Б. Акунин дал очень правильное имя, отвечая на свой же вопрос, что же делать в первую очередь, -
Ампутинация. Впрочем, Акунин-сэнсэй тут же оговорился, что дело это не его писательской "плепорции". И Гонтмахер, дав правильные имена состоянию страны, скромно пожелал остаться в уютной четвертой колонне экспертов, готовящих проекты для грядущих светлых лет.
Но в финале национальной катастрофы нет ни эллина, ни иудея, ни писателя, ни эксперта, ни либерала, ни державника, ни первых колонн, ни четвертых. В финале, как сказал поэт, гибнет не герой, гибнет хор. И попытаться спасти его - это общее дело и в практическом, и в высоком философском смысле этого слова.
Продлить свою губительную для России власть еще на 12 лет вызывающий все большее отторжение в обществе премьер-диктатор и его бригада могут только переходом к безжалостному силовому подавлению любой оппозиции.
У всех тех, кто готов сопротивляться и давать правильные имена, осталось максимум несколько месяцев относительно мягкой диктатуры с Интернетом, радиостанцией "Эхо Москвы" и вегетарианскими сроками по 15 суток.
Промотать этот последний ресурс времени на сочинение петиций к Айфончику было бы, как мне представляется, неверно. Его ценнейшая для корпорации роль козла-провокатора на скотобойне как раз в том и заключается, чтобы порождать иллюзии у продвинутой части общества и тем самым гасить ее потенциальную протестную активность до самого последнего момента, до дня Х.
И он старательно занимается этим вольтерьянским подмигиванием уже три года, начиная со своего предвыборного китча "Свобода лучше чем несвобода". Осталось понадувать щечки еще совсем немного, а там и на заслуженный покой.
( Read more... )
Времени для рождения и формирования массового протестного движения миллионов нет. Как бывает в критические моменты истории, очень многое зависит сейчас от мужества, решимости, пассионарности совсем немногих.
Ампутинация или гангрена. Родина или ее смерть."
тут