Поиски правды о кануне Второй мировой войны 3

[tapirr]

Часть 3. Здесь части 1 и 2

Доктор Исторических наук Ирина Павлова - автор исключительно интересной и важной книги "Механизм власти и строительство сталинского социализма"., вышедшей в Новосибирске в 2001 г. Глава этой книги "Поиски правды о кануне Второй мировой войны" вошла в сборник, который я уже упоминал (он публикуется на tapirr.com).  В этой главе И. Павлова пишет:

Сразу после войны по указанию Сталина был создан специальный орган, в разных документах именовавшийся по-разному: «правительственная комиссия по Нюрнбергскому процессу», «правительственная комиссия по организации Суда в Нюрнберге», «комиссия по руководству Нюрнбергским процессом». Во главе этой сверхсекретной комиссии с функциями особого назначения Сталин поставил Вышинского. Членами комиссии были назначены прокурор СССР Горшенин, председатель Верховного суда СССР Голяков, нарком юстиции СССР Рычков и три ближайших сподвижника Берии, его заместители Абакумов, Кобулов, Меркулов. Главная цель комиссии состояла в том, чтобы ни при каких условиях не допустить публичного обсуждения любых аспектов советско-германских отношений в 1939—1941 гг., прежде всего самого факта существования, а тем более содержания так называемых секретных протоколов, дополняющих пакт о ненападении (23 августа 1939 г.) и Договор о дружбе (28 сентября 1939 г.).

Для того чтобы обеспечить во время следствия действенность указаний тайной комиссии, в Нюрнберг была отправлена и следственная бригада особого назначения во главе с одним из самых свирепых бериевских палачей полковником М.Т. Лихачевым. Сталин боялся в общественном мнении Европы и Америки оказаться в Нюрнберге на одной скамье с нацистскими военными преступниками. А у него были серьезные основания для таких опасений. Поэтому Сталин сделал все, чтобы не допустить на Нюрнбергском процессе обсуждения вопроса о роли СССР в развязывании Второй мировой войны. Ему это удалось — положение победителя позволяло диктовать условия. 26 ноября 1945 г. комиссия Вышинского приняла решение «утвердить... перечень вопросов, которые являются недопустимыми для обсуждения на суде».

(Этот перечень составили: «1. Вопросы, связанные с общественно-политическим строем СССР. 2. Внешняя политика Советского Союза: а) советско-германский пакт о ненападении 1939 года и вопросы, имеющие к нему отношение (торговый договор, установление границ, переговоры и т.д.); б) посещение Риббентропом Москвы и переговоры в ноябре 1940 г. Молотова в Берлине; в) Балканский вопрос; г) советско-польские отношения. 3. Советские прибалтийские республики». )

Отдельные же попытки подсудимых указать на действительную роль СССР в подготовке Второй мировой войны не изменили общей ситуации. Так, Риббентроп в своем последнем слове заявил:

«Когда я приехал в Москву в 1939 году к маршалу Сталину, он обсуждал со мной не возможность мирного урегулирования германо-польского конфликта в рамках пакта Бриана — Келлога, а дал понять, что если он не получит половины Польши и Прибалтийские страны еще без Литвы, с портом Либава, то я могу сразу же вылетать назад. Ведение войны, видимо, не считалось там в 1939 году преступлением против  мира...»

Этот абзац не вошел в русское издание материалов Нюрнбергского процесса. Правду о кануне войны было приказано забыть.>>

( читать далее )

Comments

Re: еще Судоплатов

[tapirr.livejournal.com]

Тексты интересные, спасибо большое.

Но я не совсем понял, какое отношение они имеют к заявленной теме.
Что касается соглашения 39 г. именно с Германией, а не с демократиями. Это был очень умный ход Сталина, готовившего вторжение в Европу. Его (вторжение) следовало предворить ослаблением обоих сторон (Гитлера и деи. Европы). Для этого Гитлер должен был воевать с Европой. Если бы СССР заключил союз с Англией и т.д., Гитлер был бы окружён врагами и с Хапада, и с Востока, и не решился бы на войну. Заимев же Сталина в союзники, он приобрёл защищённый тыл, и смог спокойно воевать. Сталину же оставалось дождаться только одного: когда воюющие стороны достаточно ослабят друг друга, и тогда и вый