
Продолжение. Начало здесь
"Через четыре дня после учений 152-й стрелковый полк, где Кретов проходилсрочную службу, вернулся на место постоянной дислокации в Брест. Первое времяСергей Кретов, уже сержант, никаких изменений в своем организме не замечал. А кНовому году и он, и его товарищи по казарме стали с ужасом обнаруживатьпо утрам, что их волосы клочьями остаются на подушках, а здоровые зубыраскалываются и выпадают. У всех появились страшные головные боли,которые потом возобновлялись в течение всей жизни. {C}
Сергей Кретов: - Демобилизовавшись, я много летстарался не обращать внимания на болезни. Жил активной жизнью: работал, учился,занимался спортом растил детей - у меня два сына. Я перенес шесть операций, втом числе и на лице. А однажды, (в мае 1993 года) проснулся утром и обнаружил,что у меня правое ухо вдвое больше левого! Оно не болело, нокак было идти на работу? Я бросился к врачу, и он выкачал их ушнойраковины какую-то розовую жидкость. Но на следующее утро ухо опятьвыросло! На третий день было то же самое! Устав просыпаться чебурашкой, янаправился к опытному хирургу. А он и спрашивает: "Вы в Чернобылебыли?". - "Атомную бомбу на мне испытывали", - ответил я ему.
Однажды, сдавая очередные нормативы по бегу, я потерял сознание прямо набеговой дорожке. Когда очнулся, другие курсанты помогли мне добраться до койкив общежитии. Я отлежался, но к врачам обращаться не стал: во-первых, боялся,что меня могут отчислить по состоянию здоровья, а во-вторых, я давал подписку онеразглашении, поэтому не мог рассказать о том, что причина болезни -облучение. Уже много лет спустя выяснилось, что у меня тогда случился микроинфаркт. Долгое время после этого я страдал бессонницей, головными ижелудочными болями, меня постоянно тошнило, я терял равновесие. Последствия ядерного взрыва сказались и на детях Александра Даниловича. Его старшая дочь, родившаяся в июле 1955 года, в 8 лет стала плохо видеть, а у младшей,появившейся на свет через шесть лет после взрыва, увеличилась щитовидная железа, и девочку едва удалось спасти.">>
Это последствия испытания ядерного оружия на людях.
А вот, как оно проводилось:
Сергей Павлович Кретов, житель города Мариуполя Донецкой области, всентябре 1954 года был рядовым пехотинцем. 12 августа нынешнего года емуисполнилось 72. Он уже перенес шесть операций, и жив только благодаря своемуоптимизму. Статус "ядерщика" Кретов получил, когда лечившие его врачисами отправили пациента на комиссию, задав перед этим прямой вопрос: "Где вы так облучились?". Слишком уж характерными были симптомы лучевойболезни.
Наши семьи не знали ничего о предстоящем атомном взрыве, а мы даже если идогадывались, то не говорили им, так как все дали подписку о неразглашении на25 лет. В каждой части были особисты (т.е. кгб-шники), и мы их, поправде сказать, побаивались. Накануне учения в нашем батальоне связи прошлипартийное и комсомольское собрания
А после второго взрыва (когда взорвалась уже атомная бомба), я услышал страшныйвой. Это пошла ударная волна. И тут же лейтенант скомандовал:"Открыть двери!" Мы все вышли в траншею, и я увидел, как надсопкой, возвышавшейся в трех километрах от наших позиций, растеттемно-коричневый ядерный гриб. Казалось, что где-то рядом работает мощнейшийнасос, поднимая в небо все, что только можно. Этот гриб, как потом намрассказали офицеры, потянуло на Оренбург.
Для измерения уровня радиации в эпицентре сразу после взрыва была подготовленагруппа заключенных, осужденных на длительные сроки. Взамен им было обещаноснятие судимости и освобождение из заключения. Командовал группой капитанЗарубица - югослав.>> читать полностью
Полностью материал:
Людмила Заглада, Елена Смирнова "Мы штурмовали сопку, над которой висел ядерный гриб"